top.mail.ru

Проза Ларисы Фомичевой

«ЦЫГАНЕ»

Однажды зимой, впервые в моей жизни, в хутор приехал цыганский табор. Остановился он на окраине.

Прямо на снегу цыгане поставили затрепанные временем шатры. Тут же стояли их легкие возки с привязанными к ним конями. Я вместе с другими хуторскими детьми, а по вечерам и взрослыми, все свободное время не отходила от табора, наблюдала интересную, непонятную мне жизнь.

Они же занимались своими делами, казалось, совсем не обращая внимания на зевак. Только требовали, чтобы мы платили за зрелище. Все приносили цыганам немудреные продукты или пучок сена. Все ли зрители приносили дань, зорко следили цыганчата, особенно два из них — грязных, кучерявых, лет по семи-восьми. Что меня поразило больше всего, это то, что все дети, и совсем маленькие, только научившиеся ходить, бегали по снегу босиком, только в белом снегу мелькали их черные, худые ноги.

Днем взрослые цыгане в сопровождении кучки цыганчат ходили по дворам. Мужчины резкими голосами кричали:

«Тяпки, ножи, топоры, кому лудить, паять», — и предлагали свои изделия.

Бабушка накупила у них и тяпку, и чаплю, цыган запаял нам кастрюли. Вслед за мужчинами ходили цыганки и вкрадчиво, обволакивающими голосами настойчиво приставали:

— Милая, давай ручку, погадаю, всю правду скажу, что было, что будет, чем сердце успокоится.

Мне хотелось, чтобы цыганка погадала и бабушке. Но бабушка отвечала той:

— Иди дальше, что было, и без тебя знаю, а что будет, то узнаю. На вот, детям, — и она положила в мешок к цыганке продукты и дала нашу с сестрой старую одежду.

У всех цыганок удивительно маленькие и красивые руки, гибкие, легкие фигуры.

Главное представление начиналось вечерами, когда на стоянку собирался весь табор. В ночи, прямо на самом снегу, горел костер. Яркие, высокие языки пламени вырвали из темноты сцены чужой жизни. Вот, откинув полы шатра, вышел оттуда, пригнувшись, молодой красивый Цыган. В больших глазах мелькнул отблеск огня, полосы света выхватила черные кольца бороды, он подходит к лошадям, гладит их, подкладывает сена, лошади тихо ржут; как новогодние гирлянды, поочередно вспыхивают их глаза.

Вот старая цыганка легкой походкой подошла к котлу, долила туда воды. Большой, тонкий, цветастый платок почти сполз у нее на затылок, концы платка почти свисают в огонь, но она не поправляет платок, он, видимо, ей не мешает.

Но самое интересное — песни цыганчат, вернее, не песни, а скорее, что-то вроде частушек. Они бесчисленны, слова меняются, видимо, они и сами горазды их сочинять.

Вот цыганчонок, хлопая в такт руками по груди, по пяткам, быстро колотит голыми ногами по снегу и звонко выкрикивает:

— Ой, ты турик, дай мне сальца... Я помажу себе… —  Закончив, он зорко выхватывает из толпы вновь подошедшего и подходит к нему. — Давай, что принес, — это его добыча, его сменяет другой.

Отошедший от коней цыган одобрительно смотрит на юное племя, видимо сожалея, что роль вожака не позволяет ему так же лихо ударить в снег босыми ногами.

Почитайте ещё:

Оставить комментарий

Почта (не публикуется) Обязательные поля помечены *

*

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>